ЧелябинскСр, 17 августа 2022
Ваш город...
Россия
Центральный федеральный округ
Белгород
Брянск
Владимир
Воронеж
Иваново
Калуга
Кострома
Курск
Липецк
Москва
Московская область
Орел
Рязань
Смоленск
Тамбов
Тверь
Тула
Ярославль
Северо-Западный федеральный округ
Архангельск
Великий Новгород
Вологда
Калининград
Ленинградская область
Мурманск
Петрозаводск
Псков
Санкт-Петербург
Сыктывкар
Южный федеральный округ
Астрахань
Волгоград
Краснодар
Крым/Севастополь
Майкоп
Ростов-на-Дону
Элиста
Северо-Кавказский федеральный округ
Владикавказ
Грозный
Дагестан
Магас
Нальчик
Ставрополь
Черкесск
Приволжский федеральный округ
Ижевск
Йошкар-Ола
Казань
Киров
Нижний Новгород
Оренбург
Пенза
Пермь
Самара
Саранск
Саратов
Ульяновск
Уфа
Чебоксары
Уральский федеральный округ
Екатеринбург
Курган
Тюмень
Челябинск
Югра
ЯНАО
Сибирский федеральный округ
Абакан
Горно-Алтайск
Иркутск
Кемерово
Красноярск
Кызыл
Новосибирск
Омск
Томск
Дальневосточный федеральный округ
Анадырь
Благовещенск
Владивосток
Магадан
Петропавловск-Камчатский
Улан-Удэ
Хабаровск
Чита
Южно-Сахалинск
Якутск
Спецоперация России
Последние новости
Спецоперация России
Сортировка
Поиск
Главная Нарезка новостей - подписывайтесь в Vkontakte!
Спецоперация России
#Интервью Читать 3 мин.

Социально-политическое будущее Челябинской области представляется непредсказуемым

О сложностях развития Южного Урала во время после коронакризиса и под бременем западных санкций рассказал политолог Тарас Есаков.
Социально-политическое будущее Челябинской области представляется непредсказуемым
#Интервью

Фото: из личного архива Тараса Есакова

Социально-политическое будущее Челябинской области представляется непредсказуемым

Социально-политическое будущее Челябинской области представляется непредсказуемым #Интервью

Фото: из личного архива Тараса Есакова

О сложностях развития Южного Урала во время после коронакризиса и под бременем западных санкций рассказал политолог Тарас Есаков.

29 июля – ИА SM.News. — В последние годы Южный Урал входит в пятерку регионов России по объему иностранных инвестиций. Как сохранить экономический потенциал региона в условиях санкционного кризиса? Насколько эффективны меры, предпринимаемые региональным правительством и губернатором Алексеем Текслером?

— Сегодня почти все спрашивают, как сохранить возможности или потенциал. Если говорить честно и без заведомо лживого оптимизма, то единственный возможный ответ – никак. Прежней жизни не будет. Серьезного кризиса не избежать. И это следует понимать. Другое дело, что перемещение в импорте с западного направления на восточное, а также собственное производство стратегически может заложить неплохую базу для будущего. Это хуже, чем, например, если бы сохранились привычные цепочки, да еще добавились собственные разработки. Но это лучше, чем полный коллапс. Региональному руководству просто остается «не мешать», а где можно – организовывать что-то и помогать (в плане частно-государственного партнерства). Мне, кстати, нравится идея производства тех же троллейбусов в Челябинске. Но вот говорить о каких-либо успехах команды губернатора Текслера можно будет лишь тогда, когда по итогам осени и зимы регион избежит катастрофических провалов. В таком случае можно будет о чем-то хотя бы относительно позитивном говорить. Пока же все пустое: на отдельные российские регионы давит разрушительная общероссийская повестка дня.

— Под угрозой находятся южноуральская металлургическая и обрабатывающая промышленность: снижаются обороты ключевых предприятий. Может ли это вызвать отток высококвалифицированных кадров в более благополучные регионы России? Или же еще рано паниковать — ведь федеральные власти говорят о высоком потенциале импортозамещения региона и диверсификации экспорта из Челябинской области?

— Паниковать, меж тем, не рано, а скорее, если честно, поздно. Мы ни на что повлиять не можем, а как все точно будет никто по сути не знает. Снижение оборотов производства в металлургии и обрабатывающей промышленности носит закономерный и логичный характер, ибо меняются цепочки поставок готовой продукции. Федеральные власти говорят про большие возможности импортозамещения, которое часто является импортоперемещением (создается зависимость от партнеров из стран, которые не присоединились к основной массе санкций), ну и про небывалые возможности в деле перенаправления экспорта. Все это хорошо на словах. Посмотрим, как будет на деле.

Социально-политическое будущее Челябинской области представляется непредсказуемым

— За год по данным Росстата уровень заработных плат в Челябинской области существенно понизился, если сравнивать его по всероссийским региональным рейтингам. В 2021 году Южный Урал занимал в нем 27-ое место, а теперь опустился на 37-ую позицию. С чем это может быть связано? Какие социально-политические риски несет падение доходов в сравнении с другими регионами?

— Если сопоставить разные данные, то получится, что у нас средняя медианная зарплата, на которую реально можно быстро устроиться на работу составляет сейчас около 30 тысяч рублей в месяц, да и то с большой натяжкой. По формальным параметрам средних зарплат по отраслям (согласно данным тех же профсоюзов) получается так, что во время коронакризиса было все гораздо более печально, а сейчас средняя зарплата (согласно общедоступным данным по социально-экономическим показателям Челябинской области с сайта chelprof.ru) выше 40 тысяч рублей в месяц, что выглядит «для нас неплохо» и можно подумать, что «жить можно». Но, тут надобно понимать, что это, если говорить образно, как «средняя температура по больнице», когда кто-то в лихорадке под 42 градуса, а кто уже и в морге остывает. Для народа же реально значима именно медианная зарплата. И тут заметно хуже нас лишь Курганская область. Уезжать люди, конечно же, из нашего региона будут. Та же Свердловская область сейчас значительно более привлекательна. У нас очень средненький регион. Опять получилось так, что у Челябинской области перспективы самые печальные. Если не врать самим себе, то повода для оптимизма нет.

— В разгар санкционного кризиса происходит торможение федеральных и региональных инициатив, направленных на улучшение экологии. Тем не менее, к 2030 году южноуральские власти планировали снизить вредные выбросы на 50%. Возможно ли это? Как повлияет на демографию и миграцию из Челябинской области возможный провал этих инициатив?

— Есть такая тема, что под прикрытием очередного кризиса региональное промышленное лобби уже предпринимает попытки подвергнуть ревизии договоренности по квотам на выбросы. Этого допустить нельзя. Хотя по факту самое худшее реально. Если выстраданная инициатива снижения вредных выбросов провалится, то отток населения из региона усилится, обозначится очередная демографическая яма, а сама Челябинская область закрепит за собой статус «грязной помойки». Кстати, есть такое дело, что Магнитогорск в этом плане может выглядеть значительно приличнее, чем Челябинск, в котором вечный смог и который так проблему выбросов решить за все годы и не смог. А теперь давайте представим, что наиболее грязные производства будут делать показатели без всякого квотирования, лишь бы наполнить бюджет любой ценой — представили? Вот и получается, если говорить предельно жестко, что такую кошмарную ситуацию мы не имеем право допустить.

Социально-политическое будущее Челябинской области представляется непредсказуемым

— Как в последние годы изменился уровень жизни в пригородах Челябинска, малых городах и сельской местности? Смогут ли региональные власти продолжить развитие челябинской и магнитогорской агломераций, а также горнозаводской зоны? Какие антикризисные меры для этого нужны?

— Примерно до 2019 года было заметно, как появлялись новые средние производства в пригородах и площадки крупной промышленности в городе, агломерационная политика начала получать конкретные и полезные очертания. Потом позитивные процессы придавил коранакризис. И вот, казалось, нужно выбираться из кризиса и развиваться, но «опять и снова». Нет, развития позитивного и поступательного на ближайшие годы прогнозировать я не могу. Скорее, в той же агломерационной политике можно говорить о том, что в Челябинской, Магнитогорской и Горнозаводской агломерациях, тем или иным образом, но будет вполне реальным обеспечить людей работой. Для этого нужно направить усилия как на усовершенствование кадровой политики относительно территорий, где работы нет, так и усилить логистику в плане доступности мест, где работа есть. Грубо говоря, нужно еще больше возить работников каждый день из пригородов и сел в города. Да, маятниковая миграция — это плохо. Можно было бы свои чистые производства и инфраструктурные проекты в пригородах и в сельской местности развивать. Но, страна в кризисе. Регион тоже. Вот после преодоления вечного регионального кризиса главной задачей станет качественное и созидательное развитие. Тогда и можно будет о чем-то всерьез говорить, в том числе и в плане развития агломераций.

— Как все вышеописанные проблемы, вызванные коронакризисом 2020-2021 гг. и санкционным кризисом 2022 г. повлияют на общественные настроения, результаты ближайших выборов?

— Если оценивать общественно-политическую ситуацию по принципу «прямо здесь и сейчас», то у нас все относительно «стабильно». Однако, реально понимающим реалии людям подобная, так сказать, «стабильность», представляется, все более кладбищенской. Люди были прибиты ростом цен в марте и в апреле. Теперь отъедаются, чуть подешевевшими овощами и фруктами. Мысли у трудящихся везде такие, что лишь бы продолжать, считая каждый рубль, на приемлемом уровне кушать, а главное – прокормить детей. Одежду купить. В школу деток собрать. Сначала подобные настроения формируют «электоральную послушность». Как мы видим на примере Троицкого избирательного округа № 25, где у нас довыборы депутата Заксобрания, там все по-старому. Применяется административный ресурс, зарегистрированы лишь системные партийные кандидаты, без вариантов для кандидата от партии «Яблоко» и известного юриста-самовыдвиженца. Машина слаженно работает. Бюджетники строятся в послушно голосующие ряды. Но, никто не сможет сказать сейчас, как изменятся настроения избирателей к наиболее важному для страны и региона 2024 году. Напоминаю, помимо президентских выборов, у нас будут и муниципальные, на которые легче выдвинуться и зарегистрироваться представителю почти любых взглядов. Вот, тогда и посмотрим.

— Есть ли в регионе протестный потенциал, вызванный социально-экономическими проблемами? Как власти наладить диалог с гражданским обществом?

— Протестный потенциал Челябинской области, кстати, достаточно велик. И никто у нас не знает, что и когда «выстрелит». Как только людям не будет хватать денег на качественное питание, так сразу же перестанут работать даже внешние мобилизующие факторы. Зато усилятся все возможные факторы напряженности, главный из которых – экология. Казалось бы, время налаживать диалог с гражданским обществом и идти на уступки различным группам активистов. Однако, как мы видим на примере ситуации с протестом на Тополиной Аллее в Челябинске против вырубки части городского бора, тактически выгодные проекты застройки оказываются для управленцев важнее, чем позитивные изменения в работе по связям с общественностью. К сожалению, имеют место быть также и попытки создать «прокладки» в виде «своих» общественников, как это получается в формате проекта «Зеленый пояс Челябинска», который, по мнению как раз настоящих общественников и активистов, не решает имеющихся проблем и не гарантирует защиту зеленых насаждений от вырубки. Верхи не могут работать по-новому. При этом, условные низы, пока у них есть «кормовая база», пока не готовы протестовать. Главный акцент здесь на слове «пока», потому как будущее на отрезок 2023 – 2026 годов, по разным многим причинам, представляется, мягко говоря, абсолютно непредсказуемым.

«Мнение автора может не совпадать с мнением редакции». Особенно если это кликбейт. Вы можете написать жалобу.
Новости в России и мире - Информационный портал Sm.News

Отправьте сообщение об ошибке, мы исправим

Отправить